January 21st, 2012

bp21, Козулько, Беловежская пуща, бп

Мой духовный путь. Часть 5. Работа в Беловежской пуще. Наука

(Продолжение. Начало здесь, здесь, здесь и здесь)

Итак, после окончания университета летом 1985 г. я приехал в Государственное заповедно-охотничье хозяйство "Беловежская пуща" (ГЗОХ), проработал там 3 месяца и был призван на военную службу. В вузе я получил распределение на 3 года для отработки учителем в сельской школе, но не явился туда, фактически удрал в Пущу. Чтобы избежать негативных юридических последствий и сэкономить 1 год, я должен был уйти в армию.

Хорошо помню свой первый приезд в Беловежскую пущу. Здесь я был один раз в детстве, но кроме музея природы, диких животных в вольерах с деревянной оградой и плавающей щуки в небольшом бассейне возле музея ничего не помню. На этот раз всё было иначе. Да и Пуща была еще та, тогдашняя, которая до бамбизма (под таким названием в историю войдет пущанский период 2001 - 2010 годов, от слова "бамбить"), не вырубленная и не радикально измененная.

Я прошел через входные ворота (также фото здесь, позже всё это было ликвидировано, т.е. переделано) в административно-туристический центр и как будто попал в нечто волшебное, в необыкновенно чудесное и неповторимо красивое. Я видел прекрасные леса, но НАСТОЛЬКО КРАСИВОГО я никогда не видел! 150-200-летние сосны, ели, дубы, буйная растительность… Я был радостно ошеломлен и сразу понял, что здесь мое будущее, которое ни на что другое я не поменяю!

Зашел к замдиректора по науке Н.И.Будниченко, поговорил и получил его согласие на работу в научном отделе в должности младшего научного сотрудника по специальности энтомология (насекомые). Так сбылась моя мечта – заниматься научным изучением своих любимых насекомых, да еще в таком красивом месте! На радостях углубился в лес и прошелся по лесной сказке...

Скажу сразу, что Пуща была лишь внешне прекрасным местом. Внутри там были непростые людские отношения. Это был свой маленький мирок со своими законами, который тогда в целом меня устраивал. Буквально с первой недели работы мне пришлось столкнуться и пройти испытание на лженауку. Меня определили помогать учитывать еловых жуков-короедов. Большинство ловушек пришло в негодность, но их продолжали использовать. Из-за этого результаты были ошибочными. Я сообщил замдиректору, но тот отмахнулся, мол, ничего нельзя сделать, продолжай. Для меня точность научных исследований была непререкаемым правилом. Тому меня научили университетские наставники. Поэтому я возразил, что это не наука, а "липа". Чем разозлил научного начальника и в ответ получил, мол, молод еще перечить. Но я не отступил, предложил идею модернизации ловушек, которую также не приняли. Возникла конфликтная ситуация. Меня отстранили от этой темы и дали другую, по почвенным беспозвоночным, а также пригрозили увольнением. Позже замдиректора не пустил в командировку оформиться в аспирантуру, сказав, что сначала нужно года 3 поработать, а там видно будет. Правда, мне удалось это сделать втихую, без разрешения, во время его отсутствия :) Когда он узнал позже, возмущения не было предела. Поэтому мой уход в армию был для меня, возможно, своего рода спасением.

За время моей службы в армии замдиректора Н.И. Будниченко, специалиста по удобрениям, уволили из Пущи с официальной формулировкой за развал научного отдела, который он осуществил за 9 лет. Поэтому через 2 года я возвращался уже без каких-либо опасений под руководство нового зама, лесовода В.А. Толкача. Немного отдохнул, сыграл свадьбу с дождавшейся меня Татьяной и осенью 1987 г. приступил к полномасштабным научным исследованиям по теме "Почвенные беспозвоночные лесов Беловежской пущи".

Collapse )